Автор обзора: Шадеркина Виктория Анатольевна, научный руководитель проекта «Академия акушерства и гинекологии»

План

1. Введение
2. Материалы и методы доказательной базы
3. Результаты и обсуждение: преждевременные роды (ПР)
   3.1. Хирургический аборт как триггер цервикальной недостаточности
   3.2. Патофизиология пост-абортной цервикальной недостаточности
   3.3. Медикаментозный аборт: сравнительный профиль безопасности
4. Результаты и обсуждение: плацентарные осложнения
   4.1. Предлежание плаценты
   4.2. Спектр приращения плаценты
   4.3. Патофизиология « дефектной децидуализации»
5. Результаты и обсуждение: самопроизвольные аборты и вторичное бесплодие
6. Перинатальные и неонатальные исходы
   6.1. Низкая масса тела и задержка роста плода
   6.2. Неонатальная заболеваемость
7. Влияние на здоровье детей: нейрокогнитивное развитие
   7.1. Детский церебральный паралич (ДЦП)
   7.2. Расстройства аутистического спектра (РАС)
8. Клинические алгоритмы и рекомендации по ведению
   8.1. Прегравидарное консультирование и контрацепция
   8.2. Алгоритм: cкрининг и профилактика ИЦН у беременных с анамнезом абортов
   8.3. Алгоритм: ведение пациенток с риском PAS
9. Заключение

1. Введение

Искусственное прерывание беременности остается одной из наиболее частых гинекологических операций в мире, оказывая существенное влияние на демографические показатели и структуру репродуктивной заболеваемости. Несмотря на совершенствование технологий и широкое внедрение медикаментозных методов, вопрос безопасности абортов традиционно рассматривался через призму ранних послеоперационных осложнений (кровотечение, перфорация, острый эндометрит). Однако современная парадигма доказательной медицины смещает акцент на отдаленные последствия, которые манифестируют спустя годы, осложняя течение желанных беременностей [1].

Актуальность проблемы обусловлена накоплением критической массы данных, указывающих на наличие «акушерского следа» после перенесенных вмешательств. Эпидемиологические исследования последних лет демонстрируют корреляцию между анамнезом индуцированных абортов (ИА) и ростом частоты экстремально ранних преждевременных родов, которые, в свою очередь, являются ведущей причиной перинатальной смертности и детской инвалидности (ДЦП, сенсорные дефициты) [2].

Клиническая дилемма заключается в гетерогенности методов прерывания. Хирургические методы (дилатация и кюретаж) ассоциированы с механической травмой цервикального канала и базального слоя эндометрия. Медикаментозные методы, позиционируемые как «золотой стандарт» безопасности, в новейших исследованиях демонстрируют неочевидные связи с нарушениями плацентации в будущем, что требует пересмотра подходов к консультированию пациенток [3, 4].

Цель данного исследования — предоставить врачам акушерам-гинекологам исчерпывающую доказательную базу для оценки индивидуальных рисков, понимания патогенеза осложнений и выбора оптимальной тактики ведения беременности у женщин с анамнезом ИА.

 

2. Материалы и методы доказательной базы

В основу отчета легли данные систематических обзоров, мета-анализов и ретроспективных когортных исследований, опубликованных в период с 2018 по 2025 год. Анализировались публикации из баз данных PubMed, Cochrane Library, Embase, а также клинические руководства ведущих профессиональных сообществ:

1. Royal College of Obstetricians and Gynaecologists (RCOG, Великобритания) [5, 6].
2. American College of Obstetricians and Gynecologists (ACOG, США) [2, 7-11].
3. Society for Maternal-Fetal Medicine (SMFM, США) [11, 12].
4. Российское общество акушеров-гинекологов (РОАГ) [14].

Особое внимание уделено исследованиям с дизайном «sibling comparison» (сравнение сиблингов), позволяющим минимизировать влияние генетических и социально-экономических конфаундеров, а также крупным национальным регистрам (скандинавские страны, Китай), обеспечивающим высокую статистическую мощность выводов.

 

3. Результаты и обсуждение: преждевременные роды (ПР)

Связь между индуцированным абортом и последующими преждевременными родами является одной из наиболее изученных и одновременно дискуссионных тем. Современные данные позволяют дифференцировать риски в зависимости от метода прерывания, срока гестации и кратности процедур.

3.1. Хирургический аборт как триггер цервикальной недостаточности

Хирургическое прерывание беременности, включающее механическое расширение шейки матки (дилатация) и эвакуацию плодного яйца (кюретаж или вакуум-аспирация), демонстрирует устойчивую ассоциацию с повышением риска ПР в последующих беременностях.
Статистическая значимость и величина эффекта:

Мета-анализ Saccone et al., включивший 36 исследований, установил, что даже один предшествующий хирургический аборт увеличивает риск ПР (до 37 недель) в 1,52 раза (OR 1.52; 95% CI 1.08–2.16). В абсолютных цифрах это означает повышение риска с базовых 10% до 14%.2 Еще более тревожные данные получены в отношении экстремально преждевременных родов (до 28–32 недель), которые вносят основной вклад в неонатальную смертность [15].
Мета-анализ Lemmers et al. (21 исследование) показал, что предшествующая D&C увеличивает риск:

1. Родов до 37 недель — на 29%.
2. Родов до 32 недель (очень преждевременные) — на 69% (OR 1.69).
3. Родов до 28 недель (экстремально преждевременные) — на 68% (OR 1.68) [16].

Эти данные подтверждаются и более свежими когортными исследованиями. Например, китайское исследование, включавшее 12 518 очень преждевременных новорожденных (VPI), выявило дозозависимый эффект: риск ПР и неблагоприятных исходов возрастал пропорционально числу абортов в анамнезе [17].

Таблица 1. Стратификация риска преждевременных родов в зависимости от акушерского анамнеза (cводные данные)

Акушерский анамнез	Относительный риск (OR) ПР < 37 нед.	Риск экстремальных ПР (< 28 нед.)	Интерпретация
Первородящая (нет абортов)	1.0 (референс)	1.0 (референс)	Базовый популяционный риск.
1 хирургический аборт	1.25 – 1.52	1.5 – 1.7	Умеренное повышение риска. Требует настороженности.
Более 2 хирургических абортов	1.7 – 2.0	2.5 – 3.0	Высокий риск. Показан мониторинг длины шейки матки.
Медикаментозный аборт	1.03 – 1.10	Нет данных о значимом росте	Риск сопоставим с популяционным, если не было кюретажа.
Выкидыш в анамнезе	1.15 – 1.30	1.2 – 1.4	Риск выше, чем в популяции, но ниже, чем после множественных ИА.

3.2. Патофизиология пост-абортной цервикальной недостаточности

Понимание механизмов, лежащих в основе ассоциации «аборт – преждевременные роды», критически важно для разработки профилактических стратегий. Выделяют три основных патогенетических звена:

1. Механическая дезорганизация цервикальной стромы.

Шейка матки — это сложный биомеханический орган, состоящий преимущественно из коллагена I и III типов, эластина и протеогликанов. При хирургическом аборте, особенно у нерожавших женщин, производится форсированная дилатация (расширение) цервикального канала расширителями Гегара до 8–12 мм. Это превышает предел эластичности цервикальной ткани, что приводит к микро- и макроразрывам коллагеновых волокон. В процессе заживления формируется рубцовая ткань, которая обладает меньшей эластичностью и запирательной способностью. При последующей беременности под давлением растущего плодного яйца такая шейка матки преждевременно укорачивается и раскрывается (истмико-цервикальная недостаточность — ИЦН).

2. Нарушение антимикробного барьера и хроническое воспаление.

Введение хирургических инструментов в полость матки неизбежно сопровождается транслокацией вагинальной микробиоты в стерильную полость матки. Даже при использовании антибиотикопрофилактики возможно формирование хронического субклинического эндометрита или персистирующей колонизации верхней части генитального тракта. В следующей беременности эти бактерии могут активировать каскад воспалительных цитокинов (IL-1, IL-6, TNF-alpha), стимулирующих синтез простагландинов и преждевременное созревание шейки матки.

3. Иммунологическая сенсибилизация.

Высказывается гипотеза о том, что кюретаж нарушает целостность эндометриально-миометрального интерфейса, что может приводить к сенсибилизации материнского организма к отцовским антигенам (особенно при Rh-конфликте без профилактики) или нарушению формирования толерантности в последующих беременностях.

3.3. Медикаментозный аборт: сравнительный профиль безопасности

Медикаментозное прерывание беременности (комбинация антипрогестагена мифепристона и простагландина мизопростола) позиционируется как метод, исключающий механическую травму шейки матки.

1. Риск ПР. Большинство исследований демонстрируют, что риск ПР после медикаментозного аборта существенно ниже, чем после хирургического, и приближается к общепопуляционному [18]. Шотландское исследование  и работа Liao et al. не выявили статистически значимого увеличения риска ПР даже после повторных медикаментозных абортов [18, 19].
2. Скрытые угрозы: Однако существуют данные, что если медикаментозный аборт осложняется кровотечением или неполным изгнанием плодного яйца, требующим последующего инструментального кюретажа (частота 2–10%), риск ПР возрастает до уровня хирургического аборта [6]. Кроме того, исследование Van Gils et al. (2025) указывает на то, что медикаментозное прерывание во втором триместре может быть ассоциировано с более высокой частотой плацентарных осложнений в будущем, чем хирургическое, что является новым и неожиданным фактом [20].

 

4. Результаты и обсуждение: плацентарные осложнения

Одной из самых серьезных угроз для последующих беременностей является нарушение инвазии трофобласта, приводящее к аномалиям расположения и прикрепления плаценты.

4.1. Предлежание плаценты

Мета-анализы подтверждают умеренную, но статистически значимую связь между анамнезом абортов и предлежанием плаценты. Риск возрастает в 1.3–1.7 раза [21].
Механизм. Повреждение эндометрия в области дна и тела матки при кюретаже приводит к атрофическим или рубцовым изменениям. При последующей имплантации бластоциста «избегает» эти участки, мигрируя в нижний маточный сегмент, где васкуляризация сохранена лучше, что и приводит к формированию предлежания плаценты [21].

 

 

4.2. Спектр приращения плаценты (Placenta Accreta Spectrum — PAS)

PAS включает placenta accreta, increta и percreta — состояния, характеризующиеся патологической инвазией ворсин хориона в миометрий. Это жизнеугрожающее состояние, часто требующее гистерэктомии.

Эпидемиология риска:

Исследование, объединившее данные более 7 млн пациенток, показало, что любые внутриматочные вмешательства, включая аборты (D&C), являются независимым фактором риска PAS (OR 2.29). Риск драматически возрастает при сочетании кесарева сечения и предшествующих абортов. Женщины с историей абортов имеют более высокий риск PAS даже при отсутствии рубца на матке [22, 23].

Парадокс медикаментозного аборта
Исследование 2024 года выявило, что медикаментозный аборт во втором триместре ассоциирован с более высокой частотой плацентарных осложнений (включая ретенцию плаценты) в следующей беременности по сравнению с хирургическим методом. Это контрастирует с данными по первому триместру [24].

Возможные причины:

1. Остаточная ткань и воспаление. Медикаментозный аборт на поздних сроках чаще сопровождается задержкой частей плаценты или плодных оболочек, что вызывает длительное вялотекущее воспаление и нарушение регенерации эндометрия.
2. Цитокиновый дисбаланс. Длительное воздействие высоких доз экзогенных простагландинов может нарушать экспрессию рецепторов к факторам роста в эндометрии, что в будущем приводит к дисрегуляции инвазии трофобласта.

 

4.3. Патофизиология « дефектной децидуализации»

Ключевым механизмом формирования PAS после абортов считается феномен дефектной децидуализации.

1. Норма. Децидуальная оболочка (трансформированный эндометрий) служит барьером, контролирующим глубину инвазии вневорсинчатого трофобласта. Этот процесс регулируется балансом матриксных металлопротеиназ (MMP) и их тканевых ингибиторов (TIMP).
2. Патология после аборта. Травма базального слоя эндометрия (особенно при глубоком кюретаже) приводит к фиброзу и истончению зоны, где должна формироваться decidua basalis. Слой Нитабуха (фибриноидный барьер) не формируется.
3. Результат. В следующей беременности трофобласт не встречает сопротивления со стороны децидуальных клеток и инвазирует напрямую в миометрий, достигая крупных сосудистых лакун.

 

5. Результаты и обсуждение: самопроизвольные аборты и вторичное бесплодие

Влияние индуцированных абортов на риск последующих самопроизвольных выкидышей (miscarriage) остается предметом активного изучения. Исследование с использованием анализа последовательностей исходов беременности (Pregnancy Outcome Sequence — POS) показало наличие дозозависимого эффекта: риск спонтанной потери беременности возрастает с увеличением числа предшествующих индуцированных абортов (от 0 до 3) [25].

1. Механизм. Хронический эндометрит, синехии полости матки (синдром Ашермана) и ИЦН являются основными причинами привычного невынашивания после абортов.
2. Вторичное бесплодие. Хотя современные методы аборта редко приводят к полной окклюзии труб или тотальному синдрому Ашермана, субклинические воспалительные процессы могут снижать фертильность. Риск вторичного бесплодия считается низким при неосложненном аборте, но возрастает при наличии пост-абортных инфекционных осложнений (ВЗОМТ).

 

6. Перинатальные и неонатальные исходы

Осложнения, возникающие у матери (ПР, плацентарная недостаточность), напрямую транслируются в неблагоприятные исходы для новорожденного.

6.1. Низкая масса тела и задержка роста плода

Мета-анализы демонстрируют, что женщины с 3 и более абортами имеют статистически значимо более высокий риск рождения детей с очень низкой массой тела (VLBW, <1500 г). Однако данные в отношении задержки роста плода (SGA — small for gestational age) при доношенной беременности противоречивы. Ряд исследований не находит прямой связи, предполагая, что низкая масса тела обусловлена именно сокращением срока гестации, а не нарушением плацентарной перфузии. Тем не менее, повреждение сосудистой сети эндометрия может вносить вклад в формирование плацентарной недостаточности.

6.2. Неонатальная заболеваемость

Дети, рожденные преждевременно от матерей с отягощенным абортным анамнезом, подвержены классическому спектру осложнений недоношенности, причем тяжесть этих состояний коррелирует с числом абортов у матери.

Таблица 2. Риск неонатальных заболеваний у детей от матерей с 2 и более абортами (по сравнению с контрольной группой)

Патология	Скорректированный ОШ (aOR)	Комментарий
Респираторный дистресс-синдром (РДС)	1.35 (95% CI 1.18–1.56)	Связан с незрелостью сурфактантной системы легких при ПР.
Внутрижелудочковые кровоизлияния (ВЖК)	1.23 (95% CI 1.07–1.43)	Риск тяжелых ВЖК (III-IV степени) особенно высок у экстремально недоношенных.
Бронхолегочная дисплазия (БЛД)	1.17 (95% CI 1.01–1.36)	Хроническое заболевание легких, следствие ИВЛ и кислородотерапии.
Некротизирующий энтероколит (НЭК)	Связь подтверждена	Ассоциирован с незрелостью ЖКТ и ишемией.

 

7. Влияние на здоровье детей: нейрокогнитивное развитие

Вопрос о том, влияет ли аборт матери на риск развития детского церебрального паралича (ДЦП) и аутизма у последующих детей, требует тщательной дифференциации между прямой и опосредованной связью.

7.1. Детский церебральный паралич (ДЦП)

ДЦП тесно связан с недоношенностью. Поскольку индуцированный аборт достоверно повышает риск экстремально преждевременных родов (до 28 нед.), он опосредованно увеличивает популяционную частоту ДЦП. Исследования показывают, что стратегии снижения числа ПР (в том числе через снижение числа травматичных абортов) приводят к снижению заболеваемости ДЦП [3]. Прямого токсического влияния факта аборта на мозг плода в следующей доношенной беременности не выявлено.

7.2. Расстройства аутистического спектра (РАС)

Ранее высказывались гипотезы о связи РАС с абортами через механизмы иммунного ответа матери (антитела к мозговой ткани плода). Однако масштабные исследования последних лет опровергают причинно-следственную связь.

1. Исследования сиблингов: Шведское исследование, использовавшее дизайн сравнения родных братьев и сестер (один рожден до аборта, другой после, или сравнение в семьях с разным анамнезом), показало, что при учете генетических и семейных факторов связь между индукцией родов/абортом и аутизмом исчезает (HR 0.99). Это говорит о том, что наблюдаемые ассоциации обусловлены конфаундерами (генетика, среда), а не самим вмешательством [26, 27].
2. Интергенетический интервал: Некоторые данные связывают риск аутизма с коротким (<12 мес.) интервалом между беременностями, который чаще встречается после абортов, но это является независимым фактором риска, связанным с истощением материнских ресурсов (фолатов) [26-28].

 

8. Клинические алгоритмы и рекомендации по ведению

На основании анализа рекомендаций SMFM, ACOG, RCOG и РОАГ, предлагается следующий подход к ведению пациенток.

8.1. Прегравидарное консультирование и контрацепция

1. Для сохранения репродуктивного потенциала методом первого выбора должен быть медикаментозный аборт или мануальная вакуум-аспирация (МВА). Острый кюретаж (D&C) должен быть исключен из рутинной практики прерывания беременности как наиболее травматичный метод.
2. Подготовка шейки матки. При необходимости хирургического вмешательства обязательно медикаментозное (мизопростол) или осмотическое расширение шейки матки за 3-4 часа до процедуры для минимизации риска механической травмы и последующей ИЦН.
3. Интервал. Оптимальный интервал до следующего зачатия — не менее 3–6 месяцев.
4. Контрацепция. LARC (ВМС, импланты) должны устанавливаться непосредственно после процедуры для предотвращения повторных нежелательных беременностей и кумуляции рисков.

8.2. Алгоритм: cкрининг и профилактика ИЦН у беременных с анамнезом абортов

Этот алгоритм интегрирует рекомендации SMFM [11] и РОАГ [14].

1. Стратификация риска (при первой явке):
   1. Низкий риск: 1 аборт в I триместре без осложнений.
   2. Высокий риск: более 2 хирургических абортов, 1 аборт во II триместре, или наличие ПР в анамнезе.
2. Мониторинг длины шейки матки (Цервикометрия ТВ-УЗИ):
   1. Для группы низкого риска: Однократное измерение во время анатомического скрининга (18–24 недели).
   2. Для группы высокого риска: серийная цервикометрия каждые 2 недели, начиная с 16-й недели до 24-й недели.
3. Тактика при укорочении шейки матки (CL < 25 мм):
   1. Пациентка БЕЗ ПР в анамнезе (только аборты):
      1. Назначение вагинального прогестерона (микронизированный 200 мг/сут на ночь) до 36 недель. Доказан высокий уровень эффективности (GRADE 1A).
      2. Установка акушерского пессария или наложение шва (серкляж) не рекомендованы рутинно, если нет ПР в анамнезе, однако могут рассматриваться индивидуально при прогрессирующем укорочении (<10 мм) или открытии внутреннего зева.
   2. Пациентка С ПР в анамнезе + аборты:
      1. Хирургическая коррекция ИЦН (серкляж) является методом выбора.

8.3. Алгоритм: ведение пациенток с риском PAS

Учитывая растущую частоту Placenta Accreta Spectrum, врачи должны проявлять высокую настороженность у женщин с рубцом на матке и анамнезом абортов.

1. Скрининг (11–14 недель). Оценка локализации хориона относительно рубца. При низком расположении (placenta previa) — направление в центр экспертного уровня.
2. Диагностика (18–24 недели). Прицельное УЗИ с допплерометрией для выявления признаков PAS:
   1. Исчезновение ретроплацентарной гипоэхогенной зоны.
   2. Наличие плацентарных лакун с турбулентным кровотоком.
   3. Гиперваскуляризация интерфейса мочевой пузырь/матка.
3. Родоразрешение: При подтвержденном PAS — плановое кесарево сечение в 34–36 недель в стационаре 3-го уровня с готовностью к массивной трансфузии и мультидисциплинарной командой (хирурги, урологи).

 

9. Заключение

Анализ доказательной базы 2018–2025 гг. позволяет сделать следующие ключевые выводы для клинической практики:

1. Иерархия риска. Искусственный аборт является значимым, модифицируемым фактором риска акушерских осложнений. Степень риска варьирует от минимальной (однократный медикаментозный аборт в I триместре) до высокой (повторные хирургические аборты, D&C).
2. Преждевременные роды. Существует четкая причинно-следственная связь между хирургическими абортами и последующими ПР. Механическая травма шейки матки является основным патогенетическим звеном, что диктует необходимость отказа от агрессивной дилатации в пользу фармакологической подготовки шейки матки.
3. Плацентарные катастрофы. Анамнез абортов (как хирургических, так и медикаментозных во II триместре) достоверно повышает риск аномалий прикрепления плаценты (PAS) за счет дефектной децидуализации. Это требует пересмотра протоколов УЗИ-скрининга у данной когорты пациенток.
4. Здоровье детей. Неблагоприятные исходы для потомства (РДС, ВЖК, ДЦП) опосредованы недоношенностью. Прямой связи между абортом и аутизмом не выявлено.
5. Стратегия. Врачи-клиницисты должны рассматривать анамнез абортов как маркер высокого риска ИЦН и плацентарной патологии. Внедрение протоколов серийной цервикометрии и своевременное назначение прогестерона позволяют значимо улучшить перинатальные исходы у этой уязвимой группы женщин.

Необходим переход от пассивной фиксации анамнеза («были аборты») к активной стратегии управления рисками, включающей бережные методы прерывания, эффективную контрацепцию и персонализированное ведение последующих беременностей.

 

Литература

1. Abortion and the risk of subsequent preterm birth: a systematic review with meta-analyses - PubMed, accessed on December 22, 2025, https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/19301572/
2. Written evidence (PRT0019) The Society for the Protection of Unborn Children, accessed on December 22, 2025, https://committees.parliament.uk/writtenevidence/129033/pdf/
3. Practice Guideline 5: The Association between Surgical Abortion and Preterm Birth: An Overview - Issues in Law & Medicine, accessed on December 22, 2025, https://issuesinlawandmedicine.com/wp-content/uploads/2023/08/Practice_Guideline_5.pdf
4. Pregnancy outcomes following second-trimester abortions: A comparison between medical and surgical management. A historic cohort study - PubMed, accessed on December 22, 2025, https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/39425605/
5. Pregnancy outcomes following second‐trimester abortions: A comparison between medical and surgical management. A historic cohort study - Obstetrics and Gynecology, accessed on December 22, 2025, https://obgyn.onlinelibrary.wiley.com/doi/abs/10.1002/ijgo.15958
6. Best practice in abortion care | RCOG, accessed on December 22, 2025, https://www.rcog.org.uk/media/geify5bx/abortion-care-best-practice-paper-april-2022.pdf
7. The Care of Women Requesting Induced Abortion - RCOG, accessed on December 22, 2025, https://www.rcog.org.uk/media/nwcjrf0o/abortion-guideline_web_1.pdf
8. Recurrent MiscarriageGreen‐top Guideline No. 17, accessed on December 22, 2025, https://www.tjod.org/wp-content/uploads/2025/01/RJOG-2023-Regan-Recurrent-MiscarriageGreen%E2%80%90top-Guideline-No-17.pdf
9. Prediction and Prevention of Spontaneous Preterm Birth: ACOG Practice Bulletin, Number 234 - PubMed, accessed on December 22, 2025, https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/34293771/
10. How to screen the cervix and reduce the risk of spontaneous preterm birth in asymptomatic women without a prior preterm birth - NIH, accessed on December 22, 2025, https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC10514583/
11. Society for Maternal Fetal Medicine Consult Series #70: Management of short cervix in individuals without a history of spontaneous preterm birth, accessed on December 22, 2025, https://publications.smfm.org/publications/560-society-for-maternal-fetal-medicine-consult-series-70/
12. Society for Maternal-Fetal Medicine Consult Series #65: Transabdominal cerclage - AWS, accessed on December 22, 2025,
    http://cdn.smfm.org.s3.amazonaws.com/attachments/1091/1fe0e9a74ea37a1eaacb4c709345bc0c.pdf
13. Biomechanisms of cervical remodeling and current approaches to maturity assessment, accessed on December 22, 2025, https://journals.eco-vector.com/jowd/article/view/114934
14. Истмико-цервикальная недостаточность. Клинические рекомендации РФ 2024 (Россия) https://cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/671_2
15. Saccone G et al, (2016) Prior uterine evacuation of pregnancy as independent risk factor for preterm birth: a systematic review and metaanalysis. Am J Obstet & Gynecol
    http://dx.doi.org/10.1016/j.ajog.2015.12.044.
16. Lemmers M et al, (2016) Dilatation and curettage increases the risk of subsequent preterm birth: a systematic review and meta-analysis. Human Reprod 31(1):34-45.
17. Zhang, S., Lu, C., Zhao, Q., Xiang, Y., He, W., Qu, Y., … Lei, X. (2025). The association between a history of induced abortion for nonmedical reasons and maternal and neonatal perinatal outcomes: a retrospective cohort study. The Journal of Maternal-Fetal &amp; Neonatal Medicine, 38(1). https://doi.org/10.1080/14767058.2025.2466207
18. Hua Liao, Qiang Wei, Lijun Duan. Repeated medical abortions and the risk of preterm birth in the subsequent pregnancy. Archives of Gynecology and Obstetrics 284(3):579-86 DOI: 10.1007/s00404-010-1723-7
19. Scholten BL, Page-Christiaens GCML, Franx A, et al The influence of pregnancy termination on the outcome of subsequent pregnancies: a retrospective cohort study BMJ Open 2013;3:e002803. doi: 10.1136/bmjopen-2013-002803
20. van Gils AL, Koorn I, Jonker JG, Kazemier BM, Oudijk MA, Pajkrt E. Subsequent risk of preterm birth after second-trimester medical termination of pregnancy. Am J Obstet Gynecol. 2025 Nov;233(5):485.e1-485.e13. doi: 10.1016/j.ajog.2025.05.012. Epub 2025 May 19. PMID: 40398526.
21. Karami, M., & Jenabi, E. (2017). Placenta previa after prior abortion: a meta-analysis. Biomedical Research and Therapy, 4(07), 1441-1450. https://doi.org/10.15419/bmrat.v4i07.197
22. Yang R, Zhang L, Sun L, Wu J, Bi S, Hu M, Luo S, He F, Chen J, Yu L, Zhu Q, Chen D, Du L. Risk of Placenta Accreta Spectrum Disorder After Prior Non-Cesarean Delivery Uterine Surgery: A Systematic Review and Meta-analysis. Obstet Gynecol. 2025 Jun 1;145(6):628-638. doi: 10.1097/AOG.0000000000005824. Epub 2025 Feb 6. PMID: 39913920; PMCID: PMC12068551.
23. Li, R., Tang, X., Qiu, X., Wang, W., & Wang, Q. (2023). Associations of characteristics of previous induced abortion with different grades of current placenta accreta spectrum disorders. The Journal of Maternal-Fetal &amp; Neonatal Medicine, 36(2). https://doi.org/10.1080/14767058.2023.2253349
24. Abokaf H, Korytnikova E, Yaniv-Salem S, Shoham-Vardi I, Sergienko R, Sheizaf B, Weintraub AY. Pregnancy outcomes following second-trimester abortions: A comparison between medical and surgical management. A historic cohort study. Int J Gynaecol Obstet. 2025 Mar;168(3):1067-1072. doi: 10.1002/ijgo.15958. Epub 2024 Oct 19. PMID: 39425605.
25. Domagni FK, Tsang DJ, Studnicki J, Fisher JW, Reardon DC, Craver C. Patterns of Prior Induced Abortions and the Likelihood of Subsequent Natural Pregnancy Loss: Exploratory Application of Pregnancy Outcome Sequencing. JMIR Form Res 2025;9:e78489, doi: 10.2196/78489, PMID: 41364908
26. Oberg AS, D’Onofrio BM, Ricker ME, et al. Association of labor induction with offspring risk of autism spectrum disorders. JAMA Pediatr. 2016;e160965.
27. Gregory SG, Anthopoulos R, Osgood CE, Grotegut CA, Mirand ML Association of autism with induced or augmented childbirth in North Carolina Birth Record (1990-1998) and Education Research (1997-2007) databases. JAMA Pediatr.  2013;167(10):959-966.
28. Durkin MS, DuBois LA, Maenner MJ. Inter-Pregnancy Intervals and the Risk of Autism Spectrum Disorder: Results of a Population-Based Study. J Autism Dev Disord. 2015 Jul;45(7):2056-66. doi: 10.1007/s10803-015-2368-y. PMID: 25636677; PMCID: PMC4474747.